ICO, IDO & Airdrops

:::section{mins=3} ICO: первое поколение продаж токенов :::

:::lead В 2014 году Ethereum продавал ETH ещё до запуска сети. Продажа длилась 42 дня, а первые 14 дней 1 BTC давал 2 000 ETH. Позже такой прямой сбор денег в обмен на новый токен стал ассоциироваться с ICO. :::

:::p ICO (Initial Coin Offering, первичное предложение токенов) — это формат, в котором команда продаёт новый токен, чтобы профинансировать проект. В ранних ICO покупатель нередко платил за актив, который ещё нельзя было использовать, и Ethereum прямо предупреждал участников genesis sale, что купленный ETH станет доступен только после запуска сети. :::

:::p Почему эта модель так быстро распространилась? Она убирала большую часть инфраструктуры традиционного привлечения капитала. Команде не обязательно было выходить на биржу или искать тысячи отдельных инвесторов, достаточно было опубликовать условия продажи и принять криптовалюту. Но вместе с посредниками исчезала и часть привычных фильтров. Покупатель должен был сам разобраться, что именно обещает команда, сколько токенов получат инсайдеры, когда они разблокируются и существует ли продукт кроме whitepaper (технического описания проекта). :::

:::p{html} К 2017 году именно эта асимметрия стала главной проблемой ICO. Один и тот же ярлык использовали и серьёзные проекты, и команды без работающего продукта, и откровенные мошенники. Поэтому полезно отделять формат продажи от качества проекта, ведь сам факт ICO ничего не говорит ни о безопасности, ни о будущей доходности токена. :::

:::p Регуляторная история тоже сложнее, чем формула «ICO = ценная бумага». В июле 2017 года SEC в отчёте по The DAO, краудфонду 2016 года на Ethereum, указала, что статус конкретной продажи зависит от её фактов и экономической сути. Позже регулятор остановил продажу Grams от Telegram, которая привлекла более $1,7 млрд, а Block.one заплатила $24 млн штрафа по делу о незарегистрированном ICO. В марте 2026 года SEC отдельно уточнила, что криптоактив сам по себе и инвестиционный контракт, в рамках которого его предлагают, это не одно и то же. Для читателя вывод простой. Юридический статус определяется не словом ICO, а устройством конкретной сделки и юрисдикцией. :::

:::callout Представь независимый фильм, на который собирают деньги ещё до съёмок. Ты видишь сценарий, имена режиссёра и актёров, несколько концепт-артов и обещанную дату премьеры. За ранний взнос тебе дают не долю киностудии, а специальный билет, который позже должен получить применение внутри проекта. Если фильм выйдет и станет хитом, ранний билет может оказаться очень желанным. Если съёмки остановятся, красивый сценарий ничего не спасёт. ICO устроено похоже, деньги поступают команде раньше, чем покупатель может проверить готовый продукт, поэтому качество обещаний, структура выпуска и способность команды довести работу до конца важнее самого ярлыка «ранняя продажа». :::

:::keypoints{label="Ключевые моменты"}

• «Ранний вход» в ICO часто путают с дешёвым. Цена за токен на сейле может быть низкой, но если в продажу ушло 20% предложения, а остальные 80% лежат у команды и фондов с будущими разблокировками, ты покупаешь долю в структуре, где главные продавцы ещё не пришли. Считай не цену одного токена, а оценку всего предложения по цене сейла (подробно в §6).
• У ICO до запуска сети нет выхода. Пока токен не торгуется, продать его нельзя ни по какой цене, и весь риск проекта остаётся на тебе без возможности передумать. Покупатели ETH в 2014 году ждали запуска сети около года. Поэтому стоимость такой покупки нельзя оценить, не зная, когда вообще появится возможность её продать.
• Проверка KYC и белый список на сейле говорят о том, что проект управляет своим юридическим риском, а не о том, что он надёжен. Эти процедуры защищают организатора от регулятора и ничего не сообщают о продукте, токеномике или честности команды. Полезнее посмотреть, для каких стран продажа закрыта, это подсказывает, как собственные юристы проекта оценивают его статус.
• Собранные на ICO деньги ещё не бюджет проекта. Если казна хранится в собственном токене или в ETH, её покупательная способность падает вместе с рынком, и команда, собравшая крупную сумму на пике, через год может располагать её частью. Полезный вопрос к любому сейлу, в чём хранится казна и на сколько месяцев работы её хватит без продажи токенов. :::

:::details{badge=Глубже title="от The DAO к правилам 2026 года"} :::p{html} Что именно проверяет регулятор :::

Тест Хауи, названный по делу SEC против компании W. J. Howey (1946 год), спрашивает о четырёх вещах. Вложены ли деньги. Вложены ли они в общее предприятие. Рассчитывает ли покупатель на прибыль. Зависит ли эта прибыль в основном от усилий других людей.

Интереснее то, о чём тест не спрашивает. В нём нет ни слова про блокчейн, про наличие работающего продукта и про то, как команда называет свой токен. Поэтому ответ «у нас утилити-токен, он нужен для оплаты внутри сервиса» ничего не закрывает. Если тот же токен продавали с обещанием роста, а покупатель рассчитывал, что стоимость создаст команда, все четыре пункта могут сойтись независимо от названия.

:::p{html} При чём здесь The DAO :::

:::p{html} The DAO это проект 2016 года, инвестиционный фонд без управляющей компании. Участники вносили ETH, получали взамен токены и голосовали, какие проекты финансировать. Фонд собрал около 12,7 млн ETH, что тогда оценивалось примерно в $150 млн, а через месяц через уязвимость в контракте из него вывели около 3,6 млн ETH. Ethereum ответил хардфорком, и эта история разбирается в 1.5 Форки. :::

Регулятора интересовала не техническая часть, а экономическая. В 2017 году отчёт SEC по The DAO стал важной точкой для американского рынка, регулятор прямо указал, что цифровая форма актива не освобождает продажу от законодательства о ценных бумагах. Важны факты сделки, то есть что обещают покупателю и откуда он ожидает прибыль.

:::p{html} Почему SAFT не сработал как щит :::

Telegram показал, что разделение продажи на SAFT (Simple Agreement for Future Tokens, договор на будущие токены) и последующую выдачу токена не гарантирует безопасный регуляторный результат. В 2020 году компания согласилась вернуть инвесторам более $1,2 млрд и заплатить штраф после спора вокруг Grams.

Замысел SAFT был в том, что на момент продажи актива ещё не существует, а к моменту выдачи сеть станет достаточно самостоятельной, и токен перестанет быть частью инвестиционного контракта. Спор показал, что схему смотрят целиком, включая то, кому продавали, что обещали в презентациях и что покупатель собирался делать с токеном дальше.

:::p{html} Что из этого следует для читателя :::

По состоянию на сентябрь 2026 года подход SEC уже не совпадает с упрощённой формулой эпохи ICO. Интерпретация от 17 марта 2026 года различает сам криптоактив и инвестиционный контракт вокруг его предложения. 18 августа SEC также предложила Regulation Crypto Assets — отдельный режим для части таких размещений, но это пока proposal, а не действующее финальное правило. И это только США, в других юрисдикциях классификация и требования отличаются.

Практический смысл в том, что юридический риск живёт не в токене, а в условиях предложения. Поэтому смотреть стоит на то, что сказано в маркетинге о будущем росте, кто имеет право продавать, есть ли ограничения по странам и какой lock-up у ранних участников. :::

:::further{label="Для углублённого изучения"}

• Ethereum Foundation — Launching the Ether Sale | blog.ethereum.org
• SEC — The DAO Report / 2017-131 | sec.gov
• SEC — Application of the Federal Securities Laws to Certain Types of Crypto Assets (2026) | sec.gov :::

:::quiz{id=q-5-3-s1 label="Проверь себя" correct=1 explanation="Верно. ICO — название формата распространения, а не универсальная юридическая категория. Даже в США актуальная интерпретация SEC различает криптоактив и инвестиционный контракт, в рамках которого его предлагают."} Почему фраза «ICO-токен автоматически является ценной бумагой» неточна?

• Потому что любые токены вне США никогда не регулируются
• Потому что правовой анализ зависит от конкретного актива, сделки, обещаний и юрисдикции
• Потому что ICO закончились в 2018 году и больше не существуют
• Потому что ценной бумагой может быть только акция компании :::

:::section{mins=5} IEO, IDO, Launchpads и LBP :::

:::lead Современный запуск токена состоит из трёх независимых решений, а именно где проходит продажа, кто получает к ней доступ и как формируется цена. IEO и IDO описывают площадку, лотерея или пропорциональная подписка распределяют места, а LBP отвечает за динамическое ценообразование. Смешивать эти уровни в одну классификацию нельзя. :::

:::p{html} Чем тогда IEO отличается от IDO, если токен в обоих случаях один и тот же? Разницу задаёт площадка. IEO (Initial Exchange Offering, первичное биржевое предложение) переносит продажу на централизованную биржу. Биржа выбирает проект, проводит процедуру допуска и обслуживает расчёты для своих пользователей. Это добавляет фильтр между командой и покупателем, но не делает биржу гарантом будущей цены или безопасности проекта. :::

:::p IDO (Initial DEX Offering, первичное предложение через DEX) обычно проходит непосредственно в блокчейне через launchpad (платформу запуска токена) или другую децентрализованную площадку. Участнику нужен кошелёк, а правила доступа определяет конкретный запуск, и это может быть список допущенных адресов (whitelist), лотерея, владение или стейкинг токена платформы, лимит на адрес, KYC либо полностью открытое участие. Поэтому «IDO доступно всем» — такое же слишком широкое утверждение, как «IEO безопасно, потому что проект проверила биржа». :::

:::p{html} Launchpad (платформа запуска токена) — это не отдельная экономическая модель, а площадка, которая организует запуск. Внутри неё могут использоваться разные механизмы распределения: :::

:::p{html}

• first come, first served («кто успел, тот купил») — покупку получает тот, кто раньше успел отправить заявку
• lottery (лотерея) — право на покупку распределяется случайно среди подходящих участников
• pro rata / subscription (пропорциональная подписка) — токены делятся пропорционально заявкам
• auction / price discovery (аукцион / поиск цены) — рыночная цена формируется в процессе торгов.

:::p{html} Пропорциональная подписка упирается в переподписку (oversubscription). Так называют ситуацию, когда заявок на покупку больше, чем токенов в продаже. Тогда никто не получает всю заявленную сумму, заявки урезаются по заранее объявленному правилу, а лишние деньги возвращаются участникам. :::

:::p Это не теоретический случай. В апреле 2023 года Binance Launchpad продавал токен Open Campus (EDU), и 120 292 участника заблокировали в заявках больше 9 млн BNB, то есть продажа оказалась переподписана в 1189 раз. Тот, кто заявил 50 BNB, а это около $16 000 по тогдашнему курсу, в итоге купил 277 EDU примерно на $14, а остальное вернулось на его счёт. :::

:::p В октябре 2025 года похожая история случилась с публичной продажей MegaETH на платформе Sonar. Проект продавал 5% предложения примерно на $50 млн, а заявок набралось на $1,39 млрд, в 27,8 раза больше. Распределение там было уже не чисто пропорциональным, итоговую долю считали с учётом прошлого участия в сообществе и готовности заблокировать токены на год, а лишние деньги вернули через несколько недель. Аналитики к тому же заметили в заявках признаки Sybil-активности, о которой подробно в §4. :::

:::p Отдельный интерес представляет LBP (Liquidity Bootstrapping Pool, пул начального распределения ликвидности). Веса токенов в нём меняются со временем и создают давление на цену вниз, если спрос слабый. Поэтому стартовую цену часто задают заведомо высокой, чтобы покупателю не было смысла бежать в первые секунды. Но LBP не таймер, который гарантированно снижает цену, ведь активные покупки могут поднять её. Здесь цену одновременно двигают заранее заданная кривая весов и реальный спрос. :::

:::p{html} Термин fair launch («честный запуск») тоже требует осторожности. У него нет единого технического определения. Один проект так называет отсутствие закрытой продажи (private sale), другой — открытый доступ, третий — отсутствие заранее выделенных токенов инвесторам. Всегда смотри на конкретные правила, а не на маркетинговый ярлык. :::

:::callout{html} Представь продажу ограниченной партии билетов на концерт. Организатор сначала выбирает, где их продавать, на своём сайте, через крупный билетный сервис или через независимую площадку. Это один уровень решения. Отдельно он выбирает, как делить дефицитные билеты, по принципу «кто успел первым», лотереей среди зарегистрированных или пропорционально заявкам. Цена — третий уровень, она может быть фиксированной, определяться аукционом или меняться по заранее заданному правилу. LBP ближе к последнему варианту, при слабом спросе механизм тянет цену вниз, но активные покупки способны поднять её. Хорошая площадка упрощает продажу, однако не делает сам концерт автоматически хорошим. :::

:::keypoints{label="Ключевые моменты"}

• IEO на крупной бирже часто читают как проверку проекта этой биржей. Но у биржи свой интерес, она зарабатывает на объёме торгов и привлечении пользователей, и отбор под запуск служит этим целям, а не твоим. Листинг после IEO сообщает, что токеном можно будет торговать, и ничего не сообщает о том, стоит ли его держать.
• При pro rata участники часто заявляют больше, чем готовы вложить, рассчитывая на урезание. Это работает, пока переподписка большая, но если спрос окажется слабым, заявка исполнится целиком, и позиция окажется в пять раз больше задуманной. Поэтому заявка при пропорциональной подписке это не пожелание, а обязательство купить на всю указанную сумму.
• html: IDO на DEX открыт для всех, в том числе для ботов. Если пул запускается обычной транзакцией, первые блоки часто забирают снайперы, которые видят запуск в mempool, покупают раньше людей и тут же продают им же. Лотереи, лимиты на адрес и LBP существуют как раз для решения этой проблемы. Механика mempool разобрана в 3.3 Транзакции.
• Главная ошибка в LBP это покупка в первые минуты по привычке, как на обычном сейле. Механика специально ставит стартовую цену высоко, и тот, кто торопится, платит за скорость. Ожидание тоже не бесплатно, ведь при сильном спросе цена может так и не опуститься, поэтому заранее правильного момента входа в LBP не существует. :::

:::details{badge=Глубже title="способ распределения важнее ярлыка"} :::p{html} Арифметика переподписки :::

Два токен-сейла с одинаковой ценой могут быть совершенно разными для участника. При first come, first served выигрывают скорость и инфраструктура. При лотерее капитал не гарантирует место. При pro rata большая переподписка уменьшает фактическую долю токенов каждого участника.

Возьмём учебный пример. Аллокация продажи $5 млн, заявок подано на $50 млн, значит коэффициент удовлетворения 10%. Заявка на $1000 превращается в токенов на $100, а оставшиеся $900 возвращаются, пролежав замороженными несколько дней. Если считать честно, к цене токена нужно прибавить стоимость этих замороженных денег и комиссии за вход и выход.

Реальные распределения устроены сложнее простой пропорции. После продажи MegaETH команда опубликовала подробный разбор методики, и он хорошо показывает, как на самом деле урезаются заявки. Сначала шёл фильтр допуска по ончейн-истории, социальной активности и участию в экосистеме проекта. Из почти 50 000 участников, не выбравших блокировку, его прошли 5 031 адрес, около 10%, а среди согласившихся на годовую блокировку около 29%. Остальные не получили токенов вовсе, хотя заявки подавали.

Допущенным доля заявки назначалась по месту в рейтинге. У заблокировавших она убывала от 100% у верхушки до минимальных 25%, а участники без блокировки в основном получали не больше 20%. Отдельно команда вручную составила список давних участников сообщества, на который пришлось около 9,5% адресов и четверть всей распределённой суммы. Поэтому переподписка в 28 раз вовсе не означает, что каждый получил 1/28 своей заявки.

:::p{html} Скрытая цена участия :::

Подписка через токен платформы добавляет ещё один слой. Например, исторически Binance Launchpad рассчитывал максимальное участие через средний баланс BNB за несколько дней, а затем распределял токены пропорционально внесённому BNB с ограничением на пользователя. Это не универсальное правило платформ запуска, а пример того, как доступ может зависеть от капитала ещё до старта продажи.

Требование держать токен платформы добавляет к участию ещё и ценовой риск. Ты принимаешь движение цены этого токена на весь период учёта баланса, и этот риск остаётся с тобой, даже если сама продажа окажется неудачной или ты не получишь аллокацию.

:::p{html} Что выписать перед участием в LBP :::

LBP решает другую задачу и снижает преимущество тех, кто покупает в первую секунду. Веса пула меняются по расписанию и толкают цену к снижению, но рынок накладывается на эту траекторию. Поэтому участнику всё равно приходится оценивать цену, ведь механика аукциона не знает «справедливую стоимость» токена заранее.

Перед участием полезно выписать четыре параметра. Стартовые и конечные веса пула, длительность продажи, стартовую цену и объём токенов, выставленный в пул. Из них видно, какую траекторию задаёт сама механика и сколько токенов должны найти покупателей, прежде чем давление весов перестанет быть главным фактором цены. :::

:::further{label="Для углублённого изучения"}

• Binance — Launchpad Subscription Format | binance.com
• Balancer — Liquidity Bootstrapping Pools | balancer.gitbook.io
• Fjord Foundry — LBP FAQ | help.fjordfoundry.com :::

:::quiz{id=q-5-3-s2 label="Проверь себя" correct=2 explanation="Верно. Веса LBP создают давление на цену, но покупки и продажи меняют балансы пула. Поэтому фактическая цена остаётся результатом механики плюс спроса."} Что точнее всего описывает LBP?

• Цена автоматически падает каждую минуту и никогда не может вырасти
• Все участники получают одинаковое число токенов
• Изменение весов создаёт ценовую траекторию, но реальный спрос тоже двигает цену
• Биржа гарантирует минимальную цену после листинга :::

:::section{mins=3} Airdrops и snapshots :::

:::lead 16 сентября 2020 года Uniswap раздал по 400 UNI каждому из 251 534 адресов, которые раньше вызывали контракты Uniswap v1 или v2. Это самый известный ретроактивный аирдроп, то есть награда за прошлую активность. Главное здесь не слово «бесплатно», а то, как прошлое действие превратилось в право на будущие токены. :::

:::p{html} Airdrop (аирдроп, распределение токенов без обычной покупки) позволяет проекту передать часть предложения токена (supply) пользователям, участникам экосистемы или держателям определённых активов. Иногда токены приходят на адрес автоматически, но часто пользователь должен сам выполнить claim (получить выделенные токены) через контракт. :::

:::p Проект может использовать аирдроп по разным причинам, чтобы вознаградить ранних пользователей, распределить права управления протоколом, стимулировать новую активность или признать вклад разработчиков и сообщества. Эти цели нельзя сводить к «бесплатному маркетингу». И тем более аирдроп не является автоматическим способом сделать токен децентрализованным, ведь если большая часть предложения токена остаётся у команды и инвесторов, широкая раздача небольшой доли этого не исправляет. :::

:::p{html} Как проект решает, кому сколько? Обычно он фиксирует snapshot (снэпшот, состояние блокчейна в выбранный момент) и строит правила по историческим данным. Критерии могут учитывать: :::

:::p{html}

• использование продукта и число активных периодов
• объём или ликвидность, но часто с нелинейными коэффициентами
• стейкинг, делегирование или участие в управлении протоколом
• вклад в код, контент, тестирование или другие действия вне простого объёма капитала.

:::p Снэпшот создаёт важное свойство. После его момента прошлое уже зафиксировано. Если eligibility (право на получение токенов) рассчитана на блоке X, десять новых транзакций на блоке X+1 обычно ничего не изменят, если проект отдельно не объявил следующий сезон. :::

:::p{html} И «бесплатный» здесь условно. Пользователь мог месяцами платить комиссии, держать капитал в протоколе, принимать риск смарт-контрактов и тратить время. На этапе claim появляется ещё один риск — фишинговый сайт или вредоносная подпись. Это напрямую связывает аирдропы с 4.1 Скамы и 3.3 Транзакции. :::

:::callout Представь издательство, которое решило разослать подарок подписчикам по обычной почте. В полночь 1 сентября оно выгружает список адресов и передаёт его в печать, и кто был в базе до отсечки, тот получит посылку. Подписка, оформленная утром 2 сентября, уже не изменит этот тираж. Затем издательство замечает, что один человек завёл двадцать почти одинаковых профилей ради двадцати подарков, и пытается объединить записи перед отправкой. Snapshot и фильтр связанных адресов работают похоже, сначала история фиксируется, затем к ней применяют правила получения награды, и только после этого подходящие блокчейн-адреса получают свои токены. :::

:::keypoints{label="Ключевые моменты"}

• Не каждый аирдроп выдаётся сразу и целиком. Часть проектов разблокирует раздачу постепенно или связывает полную долю с условиями, например с удержанием или стейкингом токена. Тогда «получил 1000 токенов» означает право на них в будущем, а не сумму на кошельке, и стоимость раздачи нельзя считать по тому, что доступно для продажи в день claim.
• Дату снэпшота проекты обычно не объявляют заранее. Когда она известна, за несколько дней до неё активность раздувается искусственно, и сама метрика перестаёт что-либо значить. Поэтому попытка «успеть перед снэпшотом» чаще всего означает оптимизацию под момент, который проект сознательно скрыл, и шансы его угадать невелики.
• У получателей аирдропа нулевая цена входа, и это меняет поведение рынка в первые дни. Тот, кто ничего не платил за токен, продаёт его без колебаний, поэтому давление продаж вокруг claim часто оказывается самым сильным за всю историю токена. Поэтому цена первых дней после раздачи чаще отражает продажи тех, кто получил токен даром, чем оценку проекта рынком.
• История с Uniswap плохо переносится на будущее. Ранние пользователи в 2020 году не знали про аирдроп и не подстраивались под него, поэтому критерий «пользовался продуктом» тогда честно отделял людей от ферм. Как только ретроактивные награды стали ожидаемыми, тот же критерий начали выполнять специально, и проектам пришлось усложнять фильтры, о чём речь в §4. :::

:::details{badge=Глубже title="как список превращается в claim"} :::p{html} Как устроен claim через дерево Меркла :::

Самый простой аирдроп можно отправить напрямую тысячам адресов, но это дорого. Поэтому проекты часто рассчитывают eligibility вне блокчейна, публикуют набор адресов и сумм, а контракт хранит компактное криптографическое обязательство к этому набору, например Merkle root (корень дерева Меркла).

Дерево строится из листьев, где лист это пара «адрес и сумма». Соседние листья хешируются попарно, результаты снова попарно, и так до единственного значения наверху. Чтобы доказать, что твой лист входит в дерево, достаточно предъявить путь из нескольких хешей, а не весь список, поэтому проверка остаётся дешёвой даже при миллионе адресов.

Когда ты делаешь claim, сайт формирует Merkle proof (доказательство Меркла) для твоего адреса. Контракт проверяет доказательство и убеждается, что пара «адрес + сумма» действительно входит в утверждённый список, а затем помечает выделенную сумму как полученную. Сам список при этом не нужно целиком записывать в хранилище контракта.

:::p{html} Что можно проверить самостоятельно :::

Если проект выложил файл распределения, корень можно пересчитать и сверить с тем, что записано в контракте. Полезно посмотреть и на несколько других вещей. Может ли владелец контракта заменить корень после старта. Ограничен ли период claim по времени. Что происходит с невостребованными токенами после дедлайна. И требует ли интерфейс разрешения на списание твоих активов, которого честному claim обычно не нужно.

:::p{html} Где всё равно остаётся доверие :::

:::p{html} Техническая схема прозрачна только наполовину, ведь контракт может честно проверить опубликованный список, но вопрос как проект построил этот список остаётся off-chain. Поэтому хорошо спроектированный аирдроп раскрывает критерии, snapshot, исключения и процесс апелляции настолько подробно, насколько это возможно без облегчения Sybil-обхода (что такое Sybil, подробно в §4). ::: :::

:::further{label="Для углублённого изучения"}

• Uniswap — Introducing UNI | blog.uniswap.org
• OpenZeppelin — MerkleProof | docs.openzeppelin.com
• SEC — Crypto Assets Interpretation (includes airdrops) | sec.gov :::

:::quiz{id=q-5-3-s3 label="Проверь себя" correct=3 explanation="Верно. Snapshot фиксирует состояние в конкретный момент. Последующая активность может иметь значение для будущих сезонов, но не обязана менять уже закрытую выборку."} Проект сделал snapshot на блоке 20 000 000 и рассчитывает eligibility только по нему. Что обычно произойдёт, если ты начнёшь активно пользоваться протоколом на следующем блоке?

• Эти действия автоматически увеличат уже зафиксированную долю токенов
• Адрес автоматически станет Sybil
• Все новые транзакции будут пересчитаны задним числом
• Они не изменят этот snapshot, если проект не предусмотрел отдельный сезон или другое правило :::

:::section{mins=5} Airdrop farming и Sybil :::

:::lead В мае 2024 года LayerZero предложил адресам, которые считали себя Sybil-фермерами, добровольно признаться и сохранить 15% предполагаемой доли токенов; выявленные позже адреса могли получить ноль. Это хорошо показывает, что farming — не только поиск награды, но и игра против правил получения награды. :::

:::p Airdrop farming (аирдроп-фарминг) начинается в тот момент, когда ожидание будущего токена меняет твоё поведение сегодня. Ты делаешь обмен не потому, что он тебе нужен, а чтобы появился ещё один активный день. Переносишь небольшую сумму через мост, чтобы «отметиться» в сети. Оставляешь ликвидность дольше, чем сделал бы без потенциальной награды. :::

:::p{html} В этом нет гарантированной формулы. Сам факт, что у протокола нет токена, не означает, что аирдроп будет. Даже объявленная программа баллов не всегда означает заранее известную долю токенов. Поэтому рациональный вопрос звучит не «что пофармить?», а «сколько мне стоит эта неопределённая вероятность?». :::

:::p Минимальная модель выглядит так: :::

:::p{html} ожидаемый результат ≈ вероятность награды × ожидаемая стоимость токенов − комиссии − стоимость капитала − затраченное время :::

:::p Но каждая переменная здесь неточная. Проект может изменить критерии, ввести лимит, отфильтровать адрес или вообще не выпускать токен. А стоимость капитала особенно легко пропустить, потому что её не видно ни в одной транзакции. По сути это упущенная выгода. Если ради баллов ты три месяца держишь $10 000 там, где они почти ничего не приносят, ты теряешь то, что эти деньги заработали бы в другом месте. Даже сберегательная обёртка на гособлигациях из 5.2 дала бы около 4% годовых, то есть примерно $100 за квартал, и это реальная цена участия, хотя сетевая комиссия была почти нулевой. :::

:::p{html} Отдельная и самая спорная категория — Sybil farming (мультиаккаунт-фарминг). Чтобы понять, почему проекты воюют с ним так жёстко, стоит начать с самого слова. :::

:::p{html} Sybil-атакой называют ситуацию, когда один участник выдаёт себя за многих, чтобы получить больше голосов, веса или наград, чем ему положено. Термин ввёл исследователь Microsoft Research Джон Дусер в статье 2002 года, а название взял из книги 1973 года «Сивилла» о женщине с множеством личностей. Главный вывод статьи неприятный. Если нет центра, который ручается за каждую личность, полностью исключить такие атаки невозможно. :::

:::p{html} В открытом блокчейне новая «личность» ничего не стоит, это просто ещё один адрес, который создаётся за доли секунды. Поэтому любая система, раздающая что-то «на участника», рано или поздно упирается в эту проблему. В консенсусе её решили радикально и привязали вес голоса не к числу узлов, а к дефицитному ресурсу, вычислительной мощности в PoW или застейканным монетам в PoS. Разбить стейк на сто адресов можно, но веса от этого не прибавится, подробнее в 1.3 Консенсус. :::

:::p Аирдроп устроен наоборот, и поэтому он уязвим. Если проект хочет наградить людей, а не капитал, привязать награду к балансу нельзя, иначе почти всё уйдёт крупным держателям. Значит, награда считается по адресам, и один человек со ста кошельками выглядит как сто пользователей. Sybil-фарминг именно этим и пользуется, ферма управляет множеством кошельков, которые должны выглядеть независимыми, чтобы умножить награду. :::

:::p Проекты отвечают кластеризацией адресов, анализом источников финансирования, повторяющихся последовательностей действий и другими эвристиками, а иногда подключают системы proof of personhood (подтверждения личности), которые проверяют, что за адресом стоит отдельный человек, ценой раскрытия части данных о себе. Это гонка без идеального детектора. Чем шаблоннее ферма, тем легче её связать; чем шире фильтр, тем больше риск ложного срабатывания. :::

:::p LayerZero сделал этот конфликт особенно наглядным в 2024 году, когда дал Sybil-участникам 14 дней на добровольное признание в обмен на 15% предполагаемой награды, после чего объявил этап собственного выявления и программу вознаграждений за сообщения о других Sybil-адресах. Такой кейс полезнее любого списка «правильных транзакций», ведь критерии фарминга принадлежат проекту и могут измениться до финального распределения. :::

:::callout Представь закрытую beta-версию игры. Разработчики намекнули, что активным тестерам когда-нибудь могут дать редкий скин для ранних тестировщиков, но не сказали, за что именно. Один игрок просто играет, потому что ему интересна игра, и отправляет баг-репорты. Второй начинает каждый день заходить на пять минут только ради счётчика активности. Третий создаёт пятьдесят аккаунтов и повторяет на каждом одинаковый маршрут, надеясь получить пятьдесят наград. Для разработчика это уже три разных типа поведения, хотя в базе у всех есть «активность». Airdrop farming работает так же. Чем сильнее пользователь оптимизируется под предполагаемую метрику, тем дальше его поведение может уйти от реального использования продукта. :::

:::keypoints{label="Ключевые моменты"}

• У фарминга есть порог окупаемости, и он растёт вместе с комиссиями. Если участие обошлось в $150 газа и времени, а типичная награда оказалась $300, результат положительный. Если лимит урезал награду до $100, те же затраты ушли в минус. Одни и те же действия оказываются выгодными или убыточными в зависимости от решения, которое проект принимает уже после того, как ты за них заплатил.
• Честного пользователя с несколькими кошельками фильтр может принять за ферму, если все они пополнялись одним выводом с биржи. Для алгоритма общий источник первых средств выглядит как один владелец. Поэтому процедура апелляции нужна не только фермерам, и перед участием стоит проверить, предусмотрена ли она в кампании вообще.
• Цифры антисибил-проверок иногда публикуют, и по ним видна цена ошибок. LayerZero в 2024 году сначала пометил как подозрительные больше двух миллионов адресов, но затем сузил критерии, чтобы реже задевать настоящих пользователей, и в опубликованном списке осталось около 800 тысяч, примерно 13% из шести миллионов подходивших под раздачу. Разница между двумя цифрами и есть то, чем проект пожертвовал ради меньшего числа ложных срабатываний.
• Время в расчётах фарминга недооценивают чаще всего остального. Пятнадцать минут в день на несколько протоколов за полгода складываются примерно в 45 часов. При итоговой награде $300 это меньше $7 в час, причём с реальным шансом получить ноль. Время почти никогда не попадает в расчёт, потому что его не видно в кошельке. :::

:::details{badge=Глубже title="почему фильтр Sybil-активности никогда не идеален"} :::p{html} Из чего складывается кластер :::

Блокчейн видит адреса, а не паспорта. Один человек может законно иметь десять кошельков, отдельно для DeFi, NFT, работы, multisig и тестов. Поэтому правило «несколько адресов = Sybil» было бы бессмысленным.

Вместо этого проекты ищут корреляции, а именно одинаковый источник средств для первых комиссий, одни и те же суммы, синхронные транзакции, повторяющийся маршрут между контрактами. По отдельности каждый сигнал слабый; вместе они могут образовать кластер.

Отдельно стоит граф финансирования. Если двадцать адресов получили первые монеты на газ с одного кошелька, эта связь видна навсегда и не стирается последующей активностью. Поведение можно разнообразить, а происхождение первых средств переписать уже нельзя.

:::p{html} Ошибки в обе стороны :::

У любого фильтра есть два типа ошибок. Ложное срабатывание исключает настоящего пользователя, ложный пропуск оставляет ферму в списке получателей. Сдвинуть порог в одну сторону нельзя, не ухудшив показатель с другой. Поэтому правильный вопрос не «поймали ли всех», а «какую цену проект готов платить за ошибку каждого типа».

:::p{html} Почему работает добровольное признание :::

Самоотбор обходится дешевле выявления. Предложение вида «признайся и сохрани часть награды» выгодно тем, кто оценивает свой риск исключения как высокий, и невыгодно тем, кто уверен, что его не отличат от обычного пользователя. Проект таким образом сокращает список кандидатов на проверку и заодно получает размеченные примеры для собственных эвристик.

:::p{html} Как это выглядит на практике :::

Та же продажа MegaETH из §2 показывает, что защита от Sybil редко держится на одном методе. Команда использовала несколько слоёв сразу. Отчёты о кластерах связанных адресов от сообщества и от внешних команд, включая Bubblemaps и Echo, служили прямым фильтром. Сам скоринг работал как барьер, ведь для высокого балла адресу нужна длинная и правдоподобная история, и наборы свежих связанных кошельков на этом этапе обычно отсеивались. Если один кошелёк или аккаунт в соцсети оказывался привязан к нескольким заявкам с разными KYC, отбрасывали все связанные заявки. А проверки продолжились и после распределения, с правом вернуть участнику деньги вместо токенов при выявлении злоупотреблений.

:::p{html} Компромисс прозрачности :::

Здесь возникает компромисс. Если публиковать точную формулу заранее, индустриальные фермы научатся оптимизироваться под неё. Если держать фильтр полностью закрытым, реальные пользователи не понимают, почему их исключили. Поэтому защита от Sybil-ферм — не просто техническая задача, а ещё и вопрос правил, прозрачности и процедуры апелляции. :::

:::further{label="Для углублённого изучения"}

• LayerZero — Addressing Sybil Activity | layerzero.network
• Human Passport — Sybil resistance concepts | docs.passport.xyz
• 4.1 Scams — phishing around claim campaigns | карточка 4.1 :::

:::quiz{id=q-5-3-s4 label="Проверь себя" correct=0 explanation="Верно. Множественные кошельки сами по себе нормальны, но попытка выдать их за независимых пользователей может попасть под фильтр Sybil-активности конкретной кампании."} Почему модель «я использовал 10 кошельков, значит получу примерно 10× аирдропа» плохо работает?

• Потому что проекты могут связать адреса в один кластер и исключить их по Sybil-правилам
• Потому что блокчейн запрещает иметь несколько адресов
• Потому что аирдропы всегда распределяются только по паспорту
• Потому что один приватный ключ может управлять только одним адресом :::

:::section{mins=3} Points: баллы до токена :::

:::lead Hyperliquid запустил программу поинтов 1 ноября 2023 года и шесть месяцев распределял по 1 000 000 поинтов в неделю; в следующей фазе — по 700 000. Поинты сделали прогресс видимым, но сами по себе не были токеном и не задавали фиксированный курс обмена. :::

:::p{html} Points (поинты, внутренние баллы за активность) стали популярны потому, что решают одну проблему классического аирдропа, ведь пользователь видит, что его действия учитываются, ещё до token generation event (TGE, момента выпуска токена). Но отсюда легко сделать лишний вывод. Поинт не равен токену, если правила прямо этого не обещают. :::

:::p У любой программы поинтов есть три отдельных слоя: :::

:::p{html}

• правило начисления — за что начисляются баллы: объём, ликвидность, активные дни, рефералы или конкретные продукты
• правило сезона — когда заканчивается период, меняются ли коэффициенты и может ли протокол пересчитать прошлые начисления
• правило распределения — что вообще произойдёт с поинтами после сезона.

:::p Последний слой критичен. Результатом может стать доля токенов, доступ к продукту, ещё одна система привилегий или ничего с фиксированной денежной стоимостью. Поэтому видимый счёт не равен обещанной выплате. :::

:::p Hyperliquid хорошо показывает и силу, и неоднозначность модели. Его публичная документация описывала недельное распределение поинтов и прямо оставляла протоколу право менять критерии и даже предыдущие распределения. Позже около 31% начального предложения HYPE было распределено ранним пользователям при запуске сети. Но правильный урок не «1 point = X HYPE», ведь публичная программа не задавала такого фиксированного курса. :::

:::p Зачем протоколу вообще возиться с баллами вместо прямого аирдропа? Поинты удобны тем, что награду можно отложить до TGE и при этом направлять поведение пользователей уже сейчас. Для пользователя это означает обратную сторону, ведь капитал, комиссии и время расходуются сегодня, а номинал награды неизвестен. Поэтому «10% доходности в поинтах» нельзя складывать с обычной годовой доходностью (APY), пока не известна стоимость самих поинтов. :::

:::p Поинты также усиливают конкуренцию за капитал. Если два протокола предлагают одинаковую базовую доходность, но один добавляет баллы, пользователи начинают оценивать не только доход сегодня, но и вероятность будущего токена. Это может быстро привлечь ликвидность, но не гарантирует, что она останется после snapshot или TGE. :::

:::callout Представь курс, где преподаватель весь семестр начисляет баллы за домашние задания, проекты и посещаемость. Ты видишь счёт, 820 баллов против 640 у соседа. Но преподаватель заранее не сказал, будет ли 800 баллов означать «A», попадание в верхние 10% или просто допуск к финальному экзамену. Сам счёт прозрачен, а его конечная ценность — нет. Поэтому ты можешь сравнивать свою активность с другими, но не можешь честно написать в резюме «у меня уже A». Программа поинтов в крипте устроена похожим образом, баллы делают учёт видимым, но не превращаются в финансовое требование к проекту без явных условий конвертации. :::

:::keypoints{label="Ключевые моменты"}

• Твои баллы размываются, даже если ты их не тратишь. Итоговая доля считается от общего числа поинтов у всех участников, а оно растёт весь сезон. Если к концу сезона общий пул вырос вдвое, те же 10 000 баллов дадут вдвое меньшую долю. Следи не за своим счётом, а за своей долей в общем количестве, если проект её показывает.
• Правила программы баллов почти всегда можно поменять задним числом, и спорить потом не о чем, если условия нигде не зафиксированы. Поэтому скриншоты правил и таблицы лидеров на даты решений часто оказываются единственным способом потом понять, изменилась ли программа или её с самого начала прочитали неверно.
• Реферальные множители перераспределяют награду от тех, кто пользуется продуктом, к тем, кто приводит других. Когда заметная часть баллов начисляется за приглашения, твоя активность в самом протоколе весит меньше, чем кажется по формуле. Если проект раскрывает, какую долю поинтов дают рефералы, эта цифра многое говорит о том, что программа измеряет на самом деле.
• Поинты меняют то, кто несёт неопределённость. Протокол переносит свой расход на момент TGE, а пользователь платит комиссиями и заблокированным капиталом уже сегодня. Отсюда простое следствие, чем дольше тянется сезон, тем выгоднее программа протоколу и тем дороже она обходится тебе. :::

:::details{badge=Глубже title="три вида неопределённости поинтов"} :::p{html} Три слоя неопределённости :::

:::p{html}

• Сколько баллов ты получишь. Формула может учитывать не только объём, но и время, тип продукта, рефералов, лимиты и антибот-фильтры. Даже видимая таблица лидеров не гарантирует, что текущая формула останется прежней до конца сезона.
• Какая доля предложения токена пойдёт участникам. Программа может показывать миллионы поинтов, но без заранее зафиксированной доли токенов для сообщества невозможно вывести стоимость одного балла только из их количества.
• По какой формуле токены распределят между участниками. Линейная конвертация лишь один вариант, а проект может применить уровни, лимиты, дополнительные коэффициенты или отдельные категории.

Поэтому программу поинтов лучше читать прежде всего как систему измерения поведения, а не как обязательство с будущей выплатой.

:::p{html} Что можно проверить до TGE :::

Даже без объявленной конвертации у программы есть проверяемые части. Названа ли доля предложения для сообщества хотя бы диапазоном. Есть ли у сезона дата окончания или он тянется бессрочно. Публикует ли команда историю изменений правил и уведомляет ли о них заранее. И есть ли у неё прошлые запуски, по которым видно, как она обошлась с участниками, когда обещания стали дорогими.

:::p{html} Себестоимость балла :::

Свою позицию удобнее считать в затратах, а не в баллах. Сложи комиссии, потери на проскальзывании и упущенную доходность капитала за время участия. Получится сумма, которую награда должна превысить, чтобы участие окупилось. Эту сумму можно сравнивать с разными сценариями итоговой оценки, и часто уже на этом шаге становится видно, что программа интересна только при очень оптимистичном сценарии.

:::p{html} Как торгуют баллами до TGE :::

У популярных программ баллы начинают торговаться задолго до выпуска токена, на OTC-площадках, где покупатель и продавец сами договариваются о цене и условиях. Сам балл обычно перевести нельзя, поэтому продаётся обещание передать токены после TGE, а сделку может держать, например, гарант с эскроу-счётом. В таком варианте обе стороны вносят туда залог, покупатель оплату, продавец обеспечение, и ждут выпуска токена. Если продавец поставил токены, он получает оплату и свой залог обратно. Если не поставил, его залог уходит покупателю. Когда баллы на платформе переводимые, их передача тоже проходит через гаранта.

У такой схемы есть предел, который легко упустить. Залог гарантирует компенсацию, а не сами токены. Если к TGE токен стоит намного дороже договорной цены, продавцу может оказаться выгоднее потерять залог и оставить токены себе, и покупатель получит деньги, но не рост, ради которого покупал. У продавца риск другой. Если проект изменил конвертацию или отфильтровал его адрес, токенов может не хватить на исполнение сделки, и залог уйдёт покупателю. Наконец, в схеме с гарантом все средства до развязки лежат у него, поэтому он сам становится точкой доверия.

Цена на таких рынках полезна как сигнал, но это не справедливая стоимость балла. Рынок тонкий, и цену задают в основном те, кто хочет выйти заранее, и те, кто готов спекулировать на итоговой оценке.

:::p{html} Что происходит после снэпшота :::

Стимул исчезает ровно в тот момент, когда участники понимают, что учёт закрыт. Поэтому у протоколов с сильной программой баллов часто видно падение ликвидности и объёмов сразу после снэпшота или TGE. Это нормальная реакция на исчезновение субсидии, а не обязательно признак проблем с продуктом, и отличить одно от другого помогает только то, что осталось через несколько месяцев. :::

:::further{label="Для углублённого изучения"}

• Hyperliquid Docs — Points | hyperliquid.gitbook.io
• Eigen Foundation — EIGEN Stakedrop | blog.eigenfoundation.org
• 7.1 Tokenomics — supply, allocation and unlocks | карточка 7.1 :::

:::quiz{id=q-5-3-s5 label="Проверь себя" correct=2 explanation="Верно. Баллы показывают учёт активности. Без правил распределения и конвертации они не дают фиксированного денежного требования."} У тебя 50 000 поинтов в программе, но проект не опубликовал долю токенов и формулу конвертации. Что можно утверждать точно?

• Ты уже владеешь эквивалентом 50 000 токенов
• Ты гарантированно получишь больше денег, чем участник с 40 000 поинтов
• Программа учла 50 000 баллов по своим текущим правилам, но денежная ценность этой позиции пока неизвестна
• Поинты можно считать частью годовой доходности (APY) по текущей цене токена :::

:::section{mins=5} Как оценивать запуск :::

:::lead Цена токена сама по себе почти ничего не говорит. Токен по $0,10 при максимальном предложении в 1 млрд имеет полностью разводнённую оценку (FDV) $100 млн, а при доле в обращении 10% капитализация в обращении составит около $10 млн. Один и тот же «дешёвый» токен даёт две очень разные цифры. :::

:::p Перед участием в продаже токенов, аирдропе или программе поинтов полезно разделить анализ на несколько вопросов. Это лучше, чем таблица «хорошо / плохо», потому что реальные проекты редко укладываются в бинарные правила. :::

:::p{html} Две цифры из этой секции стоит определить сразу. Рыночная капитализация (market cap) это цена токена, умноженная на число токенов в обращении, то есть сколько сейчас стоят все токены, которыми уже можно торговать. Полностью разводнённая оценка (FDV, fully diluted valuation) это та же цена, умноженная на максимальное предложение, включая токены, которые ещё заблокированы или не выпущены. Пока в обращении только часть предложения, первая цифра всегда меньше второй, и разница между ними показывает, сколько токенов ещё выйдет на рынок и должно будет найти покупателей. :::

:::p{html}

:::p Начни с оценки проекта. FDV (Fully Diluted Valuation, оценка при полном разводнении) показывает стоимость всего максимального предложения токенов по текущей цене токена. Капитализация токенов в обращении использует только токены, уже находящиеся в обращении. Большой разрыв между ними не означает автоматически «плохо», но заставляет открыть график будущих разблокировок, чтобы понять, кто и когда получит остальное. :::

:::p{html} Затем посмотри на vesting (график разблокировки). Если на старте торгуется небольшая доля токенов в свободном обращении, цена может быть чувствительна к небольшому объёму покупок и продаж. Через несколько месяцев предложение способно заметно вырасти. Поэтому вопрос «по какой цене я покупаю?» всегда должен идти рядом с вопросом «какую долю будущего предложения токенов представляет эта цена?». :::

:::p Отдельно оцени продукт и безопасность. Анонимная команда не делает проект автоматически мошенническим, а известный венчурный инвестор не делает его безопасным. Аудит снижает часть технического риска, но не доказывает правильность токеномики, отсутствие админ-ключей или устойчивость бизнес-модели. Это разные слои проверки. :::

:::p{html} Для получения аирдропа правило простое. Не отправляй активы на неизвестный адрес ради «проверки» или «разблокировки» бесплатной доли токенов. Настоящий claim может потребовать сетевую комиссию и on-chain транзакцию, поэтому формула «любая просьба заплатить = 100% scam» тоже неверна. Проверяй домен по нескольким официальным каналам, адрес контракта выдачи токенов, текст подписи и выданные разрешения на списание (approvals). Для сомнительных кампаний отдельный малобалансовый кошелёк снижает ущерб от ошибки. Подробнее — 4.1 Скамы и 4.4 OpSec. :::

:::callout Представь, что ты бронируешь площадку для большого мероприятия. Реклама говорит: «зал всего €500». Но эта цифра бесполезна без остальных условий, вроде того, сколько часов входит, какой депозит, когда он возвращается, сколько стоит охрана, можно ли отменить бронь и что произойдёт, если придёт вдвое больше гостей. Токен по $0,10 такой же рекламный ценник. FDV показывает масштаб всей сметы, предложение в обращении говорит, сколько токенов доступно сейчас, vesting — когда появятся следующие обязательства, а ликвидность показывает, насколько легко войти и выйти. Хорошее решение начинается не с одной привлекательной цифры, а с полного набора условий. :::

:::keypoints{label="Ключевые моменты"}

• Низкий float на старте работает как усилитель цены в обе стороны. Когда в обращении 5% предложения, небольшой спрос легко поднимает цену, и именно от неё считают FDV, которое потом цитируют как оценку проекта. Та же узость рынка позволяет первым разблокировкам так же легко уронить цену. Высокая стартовая оценка при маленьком float говорит больше о глубине рынка, чем о самом проекте.
• Дата разблокировки ещё не означает продажу. Инвестор может держать токены, стейкать их или продавать частями через внебиржевые сделки. Полезнее следить за тем, что делают разблокированные адреса, например переводят ли они токены на биржевые кошельки. Такие движения видны в обозревателе блоков и говорят о намерениях точнее любого графика.
• У каждого сигнала своя узкая зона покрытия. Аудит отвечает за код на момент проверки, инвестор за доступ к капиталу, публичность команды за репутационные издержки, а за структуру предложения токенов и график разблокировок не отвечает никто из них.
• Сравнивая запуски, легко перепутать объём торгов с ликвидностью. Большой объём в первый день могут создавать одни и те же участники, торгуя друг с другом, а реальную ликвидность показывает глубина книги заявок или пула, то есть сколько можно продать, не сдвинув цену на 2%. Именно глубина определяет, сможешь ли ты выйти, когда захочешь. :::

:::details{badge=Глубже title="разберём оценку на учебном примере"} :::p{html} Две линзы на одну структуру :::

Предположим, максимальное предложение проекта — 1 млрд токенов, а цена на TGE — $0,10. Тогда FDV составляет $100 млн.

Если в первый день доступно только 100 млн токенов, капитализация токенов в обращении — около $10 млн. Это не прогноз цены, а две разные линзы на одну и ту же структуру.

Теперь добавим разблокировки. Ещё 300 млн токенов инвесторов начинают линейно разблокироваться после годового cliff (периода без разблокировок). Даже если спрос не изменится, со временем покупателей придётся находить для гораздо большего числа токенов в свободном обращении. Насколько это повлияет на цену, зависит от темпа разблокировок, ликвидности рынка, спроса и поведения держателей, и одной только доли токенов в обращении для вывода недостаточно.

:::p{html} Сколько предложения приходит каждый месяц :::

Продолжим тот же учебный пример. Пусть эти 300 млн разблокируются линейно за два года после cliff, это примерно 12,5 млн токенов в месяц. Против 100 млн в обращении месячный прирост составляет 12,5%.

Такую цифру полезно сравнивать не с самой собой, а с глубиной рынка. По цене TGE месячная разблокировка весит $1,25 млн. Если дневной объём торгов около $1 млн, месячное поступление примерно равно одному дневному обороту, и покупатели для него находятся без заметного давления на цену. Если дневной объём $50 тысяч, та же разблокировка равна двадцати пяти дневным оборотам, и разговор идёт уже совсем о другом.

:::p{html} Почему FDV сам по себе не приговор :::

Поэтому сравнение с другими протоколами лучше строить на нескольких отношениях сразу, это отношение оценки проекта к выручке, TVL или числу активных пользователей, если такие метрики вообще подходят бизнес-модели. Жёсткий порог вроде «FDV выше $5 млрд всегда означает переоценку» не работает, ведь одинаковая оценка может быть абсурдной для проекта без продукта и умеренной для зрелого протокола с большой выручкой.

К тем же оценкам относятся и премаркеты, где токен торгуется ещё до листинга. По данным Bankless, MEGA на премаркете после продажи торговался в 4,2 раза выше её цены. Такая цена отражает ожидания узкого круга участников при почти нулевом предложении, а не то, где рынок окажется после разблокировок.

:::p{html} Три числа, которые стоит выписать :::

Перед участием удобно выписать три величины. Доля предложения в обращении на старте. Месячный объём разблокировок как процент от этой доли. И дневной объём торгов. Прогноза цены они не дают, но показывают, сколько новых токенов должно будет найти покупателей и с какой скоростью, а это именно тот вопрос, который прячется за словом «дёшево». :::

:::further{label="Для углублённого изучения"}

• 7.1 Tokenomics — market cap, FDV, vesting and unlocks | карточка 7.1
• SEC — Transactions Involving Crypto Assets | sec.gov
• 4.1 Scams — + [4.4 OpSec] — claim and signature safety | карточка 4.1 :::

:::quiz{id=q-5-3-s6 label="Проверь себя" correct=1 explanation="Верно. Номинальная цена токена ничего не говорит об оценке проекта без данных о предложении. Небольшая доля токенов в обращении и крупные будущие разблокировки — важные части одной картины."} Токен стоит $0,05, но в обращении только 5% максимального предложения. Какой вывод корректен?

• Токен дешёвый, потому что цена ниже $1
• Сначала нужно посчитать капитализацию и FDV, а затем посмотреть график будущих разблокировок
• Цена обязательно вырастет, когда разблокируются остальные 95%
• FDV не имеет значения до тех пор, пока всё предложение не окажется в обращении :::